|
16.01.2010 07:23:31
|
Поход к семи водопадам
В ходе съемок команда должна была отправиться в самые отдаленные и наименее развитые уголки Малайзии – штаты Саравак и Сабах, чтобы ознакомить зрителя с бытом местных племен, с богатствами джунглей и пестрым разнообразием фауны. В этом путешествии мы в основном перемещались с помощью мотоцикла. Отсюда и название передачи.
На съемках мне пришлось работать с китайцами, что оказалось своеобразным испытанием, ведь трудолюбию китайцев можно только завидовать. Выкладывались на полную, без каких-либо поблажек.
С командой, которая состояла из режиссера Феликса, оператора Чена, помощника Джексона и ведущего Денни, я встретился в округе Лубок Анту. Они уже успели отснять все серии о штате Сабах, а теперь следом шли финальные эпизоды о штате Саравак. Денни, двадцатилетней студент математического факультета, был кумиром китайской молодежи в Малайзии. Я же выступал в роли гостя. Наличие актерских способностей от меня никто не требовал. Просили лишь привыкнуть к оператору и не обращать на него внимания. Но присутствие камеры напрягало, да и шутить все время было необходимо, чтобы зритель не заскучал. Вообще трудно оставаться самим собой, когда тебя выставляют на обозрение. Многое из увиденного по ходу путешествия мне предстояло испробовать на себе. Начиная с дегустацией местных алкогольных напитков, ингредиенты для которых мы доставали с высоченного дерева, и заканчивая традиционными танцами с женщинами. Но на что только не пойдешь ради стоящего дела!
– Сегодня у нас по сценарию поход к семи водопадам. Но туда еще надо добраться, – включился режиссер и стал проводить короткий брифинг перед началом нашей миссии.
– Денни и Алекс едут на мотоцикле. Я и Чен снимаем их из пикапа. Работаем в кузове. Джексон за рулем.
И получаса не прошло с рассвета, а мы уже на улице под моросящим дождиком. Улыбаться не хочется. Приходиться зевать. Для меня все происходящее – первый съемочный день и масса впечатлений, для остальных – работа и сроки. Редактор не дремлет и руководит процессом из Куала-Лумпура.
– Денни, главное держи расстояние между нами. Все поехали! – закончил Феликс.
Зажигание, газ, асфальтированная дорога и уже через мгновение любая произнесенная фраза уносится ветром. Теперь я просыпаюсь и начинаю улыбаться скорости и свободе. Денни за штурвалом, я в кресле пассажира.
Федеральная трасса Малазийского Борнео соединяет город Кучинг с восточным штатом Сабах, который находится на периферии, а между двух штатов аккуратно расположилось государство Бруней. Качество дорожного покрытия великолепное и ни в чем не уступает скоростным автострадам континентальной части страны. Но для нас федеральная трасса закончилась через полчаса, когда мы свернули к кампунгу. Так называют на индонезийский манер небольшие поселения. Жили в нем даяки – местная народность. Их дома это вытянутые сооружения на сваях. Длина дома может достигать 200 м! Отсюда и произошло его название – лонгхаус (от англ. long – длинный, а house – дом). В нашем кампунге был всего один такой дом, но в нем уместилась дюжина семей. Встречал нас Капитана - глава китайской общины округа, а сегодня руководитель нашего похода. Прямо от кампунга начиналось бездорожье в виде ярко-оранжевого месива. Мотоциклу там не пройти и поэтому пришлось его оставить.
Дальше мы передвигались на двух пикапах, ведь к нам присоединились еще трое даяков и банда детей Капитаны. Первая машина намертво застряла где-то на полпути. Там ее и бросили. Следом застряла вторая, но у нас больше не было средства передвижения. Чтобы высвободить ее пришлось по уши в грязи побарахтаться. Почти всю дорогу машина вновь и вновь садилась на брюхо, вынуждая нас каждый раз проводить спасательную операцию. Так продолжалось до тех пор, пока не кончилось бездорожье. Дальше наш путь пролегал через джунгли пешком по еле нахоженной тропинке. Первый участок маршрута оказался легким, лишь было необходимо следить за кустарниками вокруг. Колючки на них могли оставить глубокие порезы. Привал устроили на пустыре, где о землю разбивался водопад, образуя бассейн. Водопад был один, что меня, конечно, удивило, ведь по сценарию значился поход к семи водопадам.
– Не волнуйся, остальные шесть появятся в ходе движения вперед, – просветил меня Капитана.
Мы устроили пикник с фруктами, искупались, отсняли сцену в бассейне, где я чуть не расшиб себе лоб, и продолжили поход. Капитана остался. Дети тоже. Шутки кончились. Мы карабкались по крутому склону, абсолютно выбиваясь из сил и уже матерясь, кто по-английски, кто по-русски, кто по-китайски. Некоторые участки были настолько крутыми, что невозможно было обойтись без помощи тросов, в роли которых выступали лианы. В обращение с ними требовалась особая осторожность. Дело в том, что лиан вокруг целая паутина, но узнать, какая лиана в этой паутине еще живая, можно лишь крепко дернув за нее. Если этого не делать каждый раз, когда переносишь свой центр тяжести, то есть большой шанс укатиться кубарем вниз и сломать себе шею.
Лианы - не единственная трудность, с которой мы столкнулись. Каждому досталось по-своему. У меня разорвались шлепанцы, и я был вынужден идти босиком. Все бы ничего, да вот только почва под ногами была уложена гниющей листвой, в которой прятались мерзкие обитатели джунглей с сотнями таких же мерзких ног и другими не менее привлекательными атрибутами. Кто-то кусался, кто-то нет.
Чену и Джексону пришлось еще хуже. У того и другого в руках оказалось по тяжеленной телекамере! Они кряхтели, но не жаловались. Профессионализм, одним словом. А Денни настолько выбился из сил, что временами уже не мог продолжать путь без чужой помощи. Иногда я протягивал ему руку, иногда кто-нибудь из даяков.
Вот таким был наш путь, где единственными ориентирами выступали водопады. Мы их считали. И последний из них, седьмой, привел нас к еле приметной пещере – она и была целью нашего сегодняшнего похода. Только тут я осознал глубину извращенности продюсеров передачи. Эта пещера оказалась ни чем иным, как логовом сотен летучих мышей. Сейчас они спали и видели свои мышиные сны, а мы остановились на входе в нерешительности. Даяки захихикали в сторонке.
– Ну что, Денни, пора бы уже начинать. Бери камеру, – режиссер поставил ведущего перед фактом, что ему все-таки придется лезть в эту клоаку.
За его словами не последовало ни ответа, ни действий. Каждый из нас стоял неподвижно и боялся даже малейшим шорохом потревожить мышей, которые спали все еще там в пещере. Потом пошел я. Вход в пещеру оказался такой низкий, что я был вынужден заползать туда. Шесть пар глаз и объектив камеры смотрели мне вслед. Внутри – невыносимый едкий запах, прохлада, влажность и сотни муравьёв на полу, вцепившихся в мои босые ноги. Хотя бы в ад не провалиться, подумал я. Чуть погодя появились и обитатели логова – кишащая, летящая, пищащая, бесформенная масса. Потревоженные мыши бились прямо об моё тело. Я бы закричал от отвращения, но испугался, что какая-нибудь мышь залетит мне в рот. Продолжалось все это недолго. Ужасные пещерные твари успокоились и забились в щели каменных стен, оказавшись безобиднее мух. Летучие мыши не были вампирами, но я же об этом не знал с самого начала! Когда съемочная группа наверху поняла, что я все еще живой, она отправилась следом. Мы отсняли пещеру и поскорее ее покинули. А даяки, используя случай, убили с десяток мышей и прихватили их на ужин. Или на продажу. Китайцы за такой деликатес выкладывают приличные деньги. Теперь нам предстояли долгий путь назад, дождь, ночь и застрявшая в грязи машина. Удачное завершение первого съемочного дня.
Озеро Батанг Ай
Второй съемочный день начался на традиционном местном рынке. Посещение рынка в маленькой деревни на Борнео скорее носит в себе познавательный характер, нежели потребительский. Здесь не продают и не покупают. Здесь встречаются.
Мы не спешили и останавливались практически у каждого прилавка, заводя беседу с продавцами, чтобы выяснить происхождение их товаров. Примерили яркие шарфы ручной работы, которые напоминают суматранские улусы. Этот предмет традиционной одежды не обвязывают вокруг шеи. Здесь мода другая. Если суматранский улус вешается на одно плечо, то здешний шарф сразу на два. Такие вещи обычно используются на праздниках и торжествах. На других прилавках лежали металлические заколки для волос, сырая рыба светло-розового цвета, зеленый перец в форме горошин, емкости с местным алкогольным напитком. По сценарию нам предстояло самостоятельно добыть в окрестностях часть этих товаров. Только так мы могли погрузиться с головой в местный быт.
Разделились на две группы и снова: зажигание, газ, асфальтированная дорога и уже через мгновение любая произнесенная фраза уносится ветром. Следующее место – озеро Батанг Ай. Шоу продолжается!
Когда-то я увидел то, что человек создал здесь в Малайзии! Я восхищался башнями Петронас, бродил по историческому кварталу города Маллака, вдыхал запахи зелёных чайных плантаций в Камерон Хайлендс. Всё это было создано человеком, но здесь в штате Саравак человек сотворил нечто более невероятное. В 1982 году здесь начали строить гидроэлектростанцию Батанг Ай, и через три года дамба дала жизнь одноименному озеру, которое раскинулось среди здешних холмов. Позже в 1991 году озеро и прилегающая к нему территория стали национальным парком. Сейчас Батанг Ай – пейзаж, который считается одним из самых красивых на Борнео.
– Поверь мне, Алекс, озеро великолепное! Там даже отстроили отель "Хилтон", – повторял много раз Джексон.
Джэксон оказался прав: озеро было удивительным. Казалось, оно так и манило окунуться в его прозрачную тёплую воду. Ну, как тут устоять? По сценарию как раз намечались купания. Чен стал готовить оборудование, Феликс отправился договариваться с местными жителями по поводу лодки, Джэксон озаботился поиском парковки для машины и мотоцикла. Нам же с Дэнни оставалось ждать команды к началу съёмок. Но проблемы возникли там, где мы их меньше всего ожидали. У нашего гида-лодочника внезапно скончался родственник, и теперь ему было не до нас. Лодкой же никто из команды управлять не умел. Пришлось в этот день ограничиться купанием под дождем.
На следующее утро мы вернулись на озеро. Теперь все шло по плану. Лодка была достаточно длинной для того чтобы уместить всю нашу команду, но очень узкой. Ее борта касались водной поверхности, а устойчивость оставляла желать лучшего. Чуть качнешься в сторону, и, кажется, будто она опрокидывается. Приходилось сидеть смирно, но даже это не спасало от встречных волн и образуемых ими брызг.
– Для того чтобы объехать все озеро вам понадобится двадцать четыре часа, – предупредил лодочник.
Озеро действительно имело необъятные размеры. Временами я был уверен, что вот она противоположная сторона, но потом убеждался, что ошибся. Даже после нескольких часов поездки сложно было предположить, где именно мы находимся.
Для начала мы посетили саму дамбу, а уже потом совершили вылазку на один из зеленых озерных островков. Здесь среди растительности была скрыта от посторонних глаз целая плантация того перца, что мы видели на рынке. Тут он рос сам по себе с виду похожий на продолговатую гроздь винограда. По вкусу же он был похож на обычный черный перец. Хозяев плантации не было видно, поэтому мы сорвали пару гроздей и скрылись в лодке.
После направились к одинокому домику, который стоял посреди озера. От домика тянулся деревянный мостик, а вдоль мостика над поверхностью воды огромные рамы, к краям которых были прикреплены сети. Плавучий дом оказался на деле рыбной фермой, а там где были рамы и сети, бурлила жизнь – косяки бледно-розовых рыб кружились в медленном вальсе. Те самые рыбы, один из видов тилапии, что даяки жарили прямо на рынке. Всем здесь заправлял одинокий смотритель. В его обязанности входит ежедневная кормежка своих подопечных и уход за ними. Мы взяли ружья и отправились на… подводную охоту. Перец добыли, оставалось добыть еще и рыбу!
Лодка подплыла ближе к берегу. Именно эту точку посоветовал нам смотритель фермы. Ласка, маска и самодельное даякское ружье – все, что было нужно для охоты. Чен приготовил камеру, и мы погрузились в мутную воду озера. Мир перевернулся: другие цвета, другие звуки, другое пространство. Глубина не больше пяти метров, но даже на ней разглядеть что-либо практически невозможно. Пришлось отплыть как можно дальше от лодки, которая наделала столько шума, что разогнала всех рыб. Где-то на расстоянии появлялись розовые косяки, но тут же уносились прочь. Ружье стреляло не дальше метра. Поэтому, осознав бессмысленность своих попыток, я в скором времени вернулся. Денни и гид тоже остались ни с чем. Но режиссер не огорчился. Он достал из сумки рыбу, которую специально взял на ферме для такого случая…
– Это и будет ваш улов, – сказал он.
Делать было нечего. Пришлось насадить рыбешку на стрелу ружья и сыграть сцену удачной охоты, которая приблизила завершение очередного съемочного дня. День этот был особенный.
И вот наступил Новый 2009-й…
Закончив с подводной охотой, мы прибыли в одну из деревень даяков, расположенных возле озера. На календаре тридцать первое декабря. Новый Год без снега, но зато в таком экзотическом месте. Холмистый рельеф не позволял возводить лонгхаусы, поэтому все дома в деревне были небольшими. Тем не менее, в одном из них умудрились разместиться все её жители. На праздничном столе (а точнее – полу): рис, жареная рыба с золотой корочкой, китайская лапша, мясо и овощи, заправленные пестрыми соусами. Вместо шампанского – туак, местная разновидность браги. Наполняла стаканы девушка, самая молодая и красивая в деревне. Пили как мужчины, так и женщины. Туак – слабый напиток, встречается не только на Борнео, но и на Суматре, Сулавеси и других индонезийских островах. Узнать его можно по мутному молочному цвету.
С выпитыми стаканами туака празднество набирало обороты. В комнату пожаловали местные музыканты. Пришло время танцев. Поднялись мужчина и женщина, босые с серьезными лицами. Встали на расстояние в три вытянутых руки и начали в такт музыки двигать руками и кистями, ногами, немного головой, причем очень медленно, постепенно перемещаясь по кругу, друг напротив друга. Рюмка на полу в центре задавала траекторию, вокруг нее и происходило всё действие. В какой-то момент мужчина приблизился к рюмке и, подтанцовывая, медленно опустился к ней и осушил её содержимое без помощи рук, одним ртом. После чего отошёл в сторону. Рюмку наполнили вновь и поставили на прежнее место. Теперь женщина пригласила меня и Денни. Жестами она показала, мы должны повторить. Под звуки музыки мы тоже справились с рюмкой и вернулись к столу.
Можно было бы ещё танцевать и танцевать (туака хватало), но Феликс объяснил, что засиживаться нельзя, ведь мы пока что на работе. Пришлось вернуться в отель. До заветных секунд, когда старый год сменялся новым, дотянули лишь я и Джексон, остальные легли спать. Но мы предпочли подождать знаменательного момента, сидя возле великолепного озера Батанг Ай и смотря на звезды. Ни фейерверков, ни современной музыки, ни хлопушек, ни елок. Здесь на Борнео я даже не был уверен, что сегодняшний день это именно тридцать первое декабря. Это могло быть и тридцатое декабря или вообще второе марта. Но настойчиво вибрирующий телефон убедил меня в обратном. Это звонили друзья, чтобы поздравить с Новым Годом!
Александр Потоцкий
Просмотров: 257 Комментариев: 4
|
